Несколько лет назад я, вернувшись из ЮАР, где пробежал легендарный Comrades и увидел невероятно патриотическую поддержку миллиона болельщиков, решил организовать наш ультрамарафон-эстафету через всю страну. Так появился Rubicon.
Сначала мы бежали по восточным районам, а через год — по центральным. И вот сейчас, в 2019 году, нам предстоит закончить цикл, пробежав западный маршрут из Бричан до Джурджулешт. И мне, как спортсмену, нужно собрать все гербы западных районов, пробежав 150 км. И ничего бы не предвещало беды, как вдруг…
Болезнь
Да-да, я заболел. Это произошло через 10 дней после возвращения из Оймякона. Я вернулся здоровым, румяным, жизнерадостным бодрячком и пошел на работу. И вот тут началось…
«Дима, тебя так долго не было! Мы так скучали! Давай встречу на два?». «Дим, можем в три встретиться — столько вопросов накопилось». «Сергеич, у тебя завтра два телека — с утра прямой эфир, а в обед — интервью». «Падре, стой, есть важный вопрос тет-а-тет…». «Дима, по лобстеру когда сядем? И про сонар тоже надо решить». «Шерсть волка нужно апрувить, музыка для Aripi готова, пошли послушаем». «Монтаж мульта когда добьешь?» «Какой автобус берем на Rubicon?» «Примешь дизайн Votum?» «Какую цену ставить на Oceanman?» «Когда отчет по Achizitii?» «Посмотришь стулья для конференц-рума?» «Ставим на главную девяток Profi.md?» «Можно тебя на минутку?»
— ААА! Нет, бл..ь, нельзя меня уже ни на минутку, ни на пять секунд!
К середине дня мои брови сбегались к носу, я становился раздражительным, а в шесть часов вечера превращался в выжатую половую тряпку с мутным взглядом и одним желанием — послать всех нахер, залезть под одеяло и отключиться. Сплю и вижу сон — я на телеканале даю интервью:
— Дмитрий, расскажите каково это проработать 6 часов без остановки директором в Simpals? Вы не заморозили себе мозг? Это же невероятно — без спасателей и врачей, один на один с менеджерской стихией. До сих пор никому не удавалось проработать так долго при такой температуре!
Температура. Просыпаюсь. Стресс на работе добил мой иммунитет после стресса в Оймяконе при -60. Я заболел. Но утром поперся на работу решать «неотложные вопросы». Ведь через пару дней Rubicon, и я опять исчезну. Одним словом, в тот день полчища вирусов и бактерий взяли штурмом мою ослабевшую цитадель, а гора просопливленных салфеток рядом со столом наводила на грустные мысли о предстоящей гонке.
Я с трудом представлял себе, как смогу бежать 150 километров в таком состоянии. Но мысль о неучастии не помещалась в мой мозг. Как бы это я придумал гонку, всех вдохновил, бежал два года плечом к плечу со всеми, собрал значки всех районов, махал флагами, и тут — бац, не пришел. Плохо себя чувствовал? Нет, это не дело. Прежде чем предлагать продукт людям, его нужно попробовать самому. Поэтому бежать Rubicon нужно. И только одно давало мне надежду на благоприятный исход этой сопливой авантюры — наш новый VIP-лакшери-элит-делюкс транспорт!
Автодом
В этом году мы поедем на суперкаре — на «рубиконовозе», как мы его прозвали. Это трейлер с четырьмя лежачими местами, кухней, холодильником, туалетом и даже душем. Если скидываться на компашку — выходит не дорого, но очень сердито.
Наш дом на колесах ехал уже не первый час по дорогам Молдовы. Мы пробежали первые этапы в Бричанах и Единцах, наслаждаясь VIP-сервисом автодома. Мы с чистой душой можем позволить себе этот лоск, потому что в прошлые годы честно прошли через бусик без сидений и автобус без места для вытянутых ног. Было тяжело есть, спать, сушить одежду, да и просто ехать. Поэтому теперь мы решили, что заслужили проехаться бизнес-классом 🙂
Правда наш домик очень быстро стал похож на классический бомжатник: повсюду висела мокрая одежда, стол завален едой, непонятного происхождения, на полу стояли пакеты с мусором, а запах в этой атмосферной избушке напоминал солдатскую казарму после марш-броска с легкими нотками авгиевых конюшен и серных бань.
Но нам было хорошо — можно было вытянуть ноги и полежать, а это так важно на Rubicon-e. Со мной старые друзья — Вадим, Андрей и еще Андрей, два водителя и еще несколько миллионов вирусов, путешествующих внутри меня.
Болезнь накрывала медленно, наверняка получая удовольствие от процесса. Вот горлышко кашлянуло, а через пару часов уже и глазки слезятся:
— А ночью, — прикидывала болезнь, — забью ему нос, пусть ртом дышит и высушит себе слизистую, как в пустыне, — вот ржака утром будет! Ржаки не было — меня потряхивало, я бежал, жутко потел, замерзал, отогревался, пил бодягу, лежал, вставал и опять бежал.
Ничего смешного. Позади 50 километров бега, а впереди еще два дня. Это конкретно демотивировало, потому как сил уже не было и бежать не хотелось…
Жалость
Выглядит, как будто я увлекся жалостью к себе. Сотни моих гонок привели меня к мысли, что это чувство обязательно должно присутствовать у спортсменов-любителей. Без него ты загонишь себя хуже, чем лошадь на скачках. Ты получишь все возможные для этого вида спорта травмы, перетренируешься и бросишь бег, плавание, велосипед, вообще любой спорт. Жалейте себя, берегите себя — вся жизнь впереди, и нужно еще сделать многое. Заболел ахилл — брось бег на пару недель и иди к врачу. Не можешь поднять руку — отдохни от бассейна. Утром не можешь заставить себя вылезти на тренировку — да забей один раз в месяц и НЕ ХОДИ.
Знаете, спустя 7 лет активного занятия спортом, я начал понимать, что спорт — это еще не все в жизни. Да, это звучит невероятно, но это так. В жизни есть семья, дети, друзья, которым не всегда интересно обсуждать твой каденс и новые кроссовки. Есть место творчеству, путешествиям, вечеринкам с тортами и вином, работе, чтению, да и в конце концов, дивану с телеком. Может это и странно звучит от меня, но пробежав 13 000 км и проплыв тысячу, я могу с уверенностью сказать, что спорт навсегда вошел в мою жизнь, но главным там он точно не будет.
Поэтому я прислушиваюсь к сигналам тела, чтобы понять, чего оно хочет. И должна быть очень веская причина херачить, если тело и мозг молят о пощаде. В Оймяконе эта причина у меня была. А вот сейчас…
В тесноте, да не в обиде
А мы тем временем въезжаем в ночь. На столе, как во фронтовом штабе ,— карты и чай с лимоном. Скоро последний на сегодня этап в Фалештах и можно ложиться спать до утра. Мы уже потягиваемся, предвкушая как вытянем уставшие конечности, как вдруг раздается звонок от менеджера по логистике Rubicon:
— Вы где? У нас автобус сломался. Срочно нужна помощь!
Оказалось, что наш многострадальный автобус все-таки сдался — топливный насос не пережил Рубикон. Картина такая: Унгены, 5 утра, никто и ничто не работает, а спортсменам не только хочется греться в автобусе, но и надо добраться до старта следующего этапа.
Ночь перестает быть томной и понимаем, что скоро здесь будет слишком весело. В автобусе есть 11 человек, которым нужно стартовать через полчаса. А они вместо этого сейчас сидят в заглохшем автобусе в 20 километрах от нужной точки. Пора спасать гонку! Мы разворачиваемся и летим к автобусу на всех парах. Там уже толпятся паникующие спортсмены. На ходу открываем дверь:
— Заскакивайте, быстрей, быстрей!
Разворачиваемся и мчим на старт. В автодоме становится тесновато — люди везде: на креслах, лежанках, к коридоре и у туалета. Из-за скорости нас трясет на знаменитых молдавских дорогах, как ковбоев на родео.
— Вы опаздываете, у нас старт через минуту.
— Газу!
Мы тоже бежим этот этап, поэтому судорожно одеваемся, падая, вытаскивая одежду из-под чьих то ног, спотыкаясь об десяток кроссовок и крича через весь салон: «Кто видел мои носки?»
— Мы стартанули, догоняйте колонну и присоединяйтесь! — звонят нам.
Мы догоняем «рубиконцев», выскакиваем и вливаемся в бегущую за флагом толпу, а трейлер едет на финиш этапа. Выдыхаем, даем “пятюню” друг другу и начинаем врабатываться — шлеп-шлеп, шлеп-шлеп.
На финише опять забираем всех финишеров греться к нам домой, ведь автобус еще в коме. Дома тепло и сухо, все набились как селедки в бочки, но настроение у всех приподнятое — этап сделан. Мечем на стол, что бог послал: сухари, варенье, чай, печенья и отмечаем победу под стук колес об выбоины, рытвины, ямы и щели наших дорог.
Везли бегунов не только мы — все легковушки доверху были забиты бегунами из автобуса. «Рубиконцы» своих не бросают! А к середине ночи приехал новый автобус из Кишинева, людей переселили и он догнал наш караван в следующем районе.
Спортсмены говорили, что это же Rubicon, и он должен быть сложным. И что это очень круто, когда такие испытания есть. Да, я полностью согласен. За все три года Rubicon преподносил очень много разных ситуации, и со всеми мы справились. Мы — это я не только про свою команду, но и про спортсменов… Тут уже тяжело делить 🙂
Мишган
В субботу к нашей дружной, плохо пахнущей, грязной и помятой компании присоединился еще один «рубиконец». Это был Мишка, мой сын. Я решил, что для него сутки с реальными пацанами в автодоме, питание подножным кормом и периодически ночные пробежки — лучше, чем залипание в телевизор. Он думал так же.
Поносившись, как тайфун, по новому пространству, Мишган нашел себе угол, вытащил мои значки и начал расспрашивать, как можно заработать такие же. Я объяснил, что для этого нужно бегать. Много и часто.
— Я тоже хочу — сказал он.
Предсказуемо, ведь не зря я попросил жену привезти его спортформу и кроссовки:
— Ок, план такой. Бежишь 2 км — получаешь значок района. Но бежишь со всеми, отставать нельзя — останешься на дороге один. Никто ждать не будет, это взрослая гонка.
На том и порешили. Мишка улегся читать Денискины рассказы, а мы валялись рядом, пытаясь поспать.
На старт вечернего этапа в Леове мы вышли вдвоем. Мужики приветствовали Мишку, и было видно, что ему это приятно. На улице темно и тихо. Все ждут. И вот из тумана появляется бусик, за ним бегуны и пейсмейкер с флагами. Стартуем. Бежим рядом в свете прожектора от буса. Мишке легко, он улыбается, ведь мы бежим вниз, с горки. Вот так он пробежал рядом со мной честные 2 км по 6:30/км. Он просил еще «добавки», но я порекомендовал ему поберечь силы.
Со вздохом легкого разочарования он сошел на обочину, и его подобрал наш автодом. На финише этапа счастливый Мишка уже встречал меня со значками:
— Теперь я самый маленький «рубиконец»?
— Маленьких «рубиконцев» не бывает, — ответил я. — Беги домой, я сейчас.
К тому времени меня качало так сильно, что после финиша я не шел сразу в «ночлежку», а стоял на улице, приходя в себя, остывая под холодным душем из собственного пота. Меня колошматит, спать не могу, потею, сопли вытекают из носа, льются на кровать, сползают с нее, текут к двери автодома, стекают вниз и остаются на асфальте непрерывной разделительной полосой между спортом и здоровьем. Полосой, которую пересекать нельзя.
В половине второго ночи звенит будильник. Игнорирую. Опять звонок.
— Папка, вставай, нам бежать пора!
Я разлепил глаза:
— Нам? Ты тоже хочешь?
— Конечно, там же новый значок!
Пытаюсь найти сухую одежду. Зря я вчера вечером, когда думал лишь о том, как бы быстрее забраться под одеяло с сыном, бросил термобелье на пол. Оно так и лежало — мокрое, холодное, брошенное всеми. Одинокая, заплаканная «термуха».
И вот мы стоим с Мишуткой ночью, в тумане, где-то на краю страны в окружении дрожащих бегунов, ожидая появления бусика. А вот и он — в чернильной черноте ночи появляются два луча, рассекающих туман. Как будто это какое-то сюрреалистичное существо, указывающее светом истинный путь во мраке.
«Рубиконцы» искренне удивлены, увидев девятилетнего бегуна в таких обстоятельствах, и Мишган получает порцию уважения — каждый жмет ему руку и желает легких ног. Мишка светится от гордости.
Эти два километра дались сыну тяжелее — мы отстали от буса и у него заболел бок. Но мы продолжали бежать, пока часы не показали заветные два километра. С облегчением Мишка свернул на обочину и помахал мне рукой.
Голубцы
Этот этап был для меня одним из самых тяжелый за все три года. Пот лился, несмотря на то, что я снял куртку, а на улице было +3. Ночь угнетала, а ведущие Rubicon-FM спали в бусе и подбадривать нас было некому. Да еще и темп, который нужно держать — нельзя остановиться, отдохнуть, сбавить, поблевать всласть на обочину и побежать дальше. А эти длинные километры?
Смотришь на часы — 9.2 км, скоро финиш… Через «полчаса» смотришь опять — 9.6 км. О боже, что произошло с пространственно-временным континуумом?! Последней точкой стал финиш. Вернее, его отсутствие. По буклету, длина этапа — 12.5 км. Но ни на 12.5, ни на 13.5 финиша не было. Страдал не только я — рядом бежали ребята, у которых за спиной было около 200 км. И, судя по их лицам, они явно не хотели пробежать лишние пару км в виде заминки.
Думаю, справиться с этим мне помогла мысль о том, что где-то недалеко, на финише стоит мой сын и ждет меня с очередным значком. Бегу в мерцающем свете от машин уже на автопилоте, наматывая сопли на кулак..
Ну, наконец-то, вот и они — автобус, машина регистрации и мой уютный домик. Значок, невнятные объяснения про ремонт и объезд, хлюпанье носом и вдруг…
— Горячие голубцы, пацаны! Кто будет?
«Голубцы? Ночью?! Горячие???», — мысли не складываются, но и хер с ними — бреду на зов. Вижу, ребята открыли багажник и раздают горячие, ароматные голубцы замерзшим, уставшим, как собаки, бегунам. Мне дают тарелку, и мир вокруг исчезает. Есть только я и они. Потом оказалось, что это просто люди увидели на заправке, что бегут люди, позвонили своим, попросили собрать горячей еды и попросили передать через полицию.
Вдруг, сквозь пелену пробивается слово, наверное, единственно слово, которое мой мозг мог воспринять, поглощая горячую еду в эту минуту. И это было не «Пожар!» или «Вы выиграли миллиард!». Даже «А чей это тут ребенок бегает по автобану?» не отвлек бы меня от процесса поглощения вкуснейшей горячей еды. Но ЭТО слово мой мозг всегда ассоциирует с зашкаливающим удовольствием, а уж после такого забега и в таком состоянии — особенно:
— Кола! Кому кока-колы?
И через секунду я стою, закинув голову, вливая в себя теплый, сладкий, пузырящийся нектар, который дает надежду, что хуже, чем сегодня, мне уже не будет.
Обнимаемся с пацанами и ползем по передвижным ночлежкам. Спать.
А в это время…
Rubicon проходили не только спортсмены. Для команды Sporter рубикон начался задолго до. С четверга по воскресенье команда работала 25 часов в сутки. Не было времени жаловаться, спать, есть, отдыхать, потому что Rubicon, несмотря на максимальную подготовленность, всегда выдает форс-мажорные ситуации. Кто-то из ребят пошутил, что один год рубикона заменяет факультет логистики. Для спортсменов очень многие вещи остаются за кадром, и это правильно. Но я очень хочу рассказать о своей команде.
Rubicon FM. Перед бегущей группой впереди едет бус с колонками, из которых всегда слышны бодрые голоса наших девчонок, музыка по заказу и поздравления от интернет-зрителей.
Так вот, девочки в бусе не спали 45 часов, чтобы не бросать тех, кто на этапе уже без сил, и кому так нужна поддержка (особенно в горку). Их отсутствие было очень заметно, когда они умерли на пару часов 🙂
Операторы. Каждый, кто выходил на Rubicon, знал, что придется выложиться не просто полностью, а на 258%. Фото и видео-операторы крутились, как Луна вокруг Земли, пока та совершает оборот вокруг Солнца 🙂 Надо посмотреть, сколько км они накрутили 🙂
Регистрация — машина, в которой ребята на каждом этапе отмечают стартующих и финишировавших, работала не только как регистрация, но и как неотложка. «Ребята, нужна помощь!» — «Едем!». И ехали, сквозь туман на скорости 100 км/ч в белую стену, потому что до старта следующего этапа 3 минуты, надо всех еще успеть зачекинить. А опоздать нельзя — все же ждут своего старта минута в минуту.
Офис. Rubicon — это не только работа «в полевых условиях». В офисе также без остановки работало еще десять человек: кто-то лайв крутил все 59 часов, кто-то принимал и обрабатывал фото и новости.
Жизнь налаживается
Воскресное утро было добрым. Болезнь сдалась и начала отступать. Зато Мишка, попытавшись встать с кровати застонал:
— Ааа, мои ноги!
Мишка тер квадрицепсы. Конечно, мы же бежали вниз, а это для нетренированных «квадриков» катастрофа.
— Вот теперь ты понял каково нам всем? — спросил Вадим.
— У всех у нас ноги болят, теперь ты настоящий рубиконец.
— Тогда я побегу третий этап. Вулканешты.
И Мишка побежал. Чтобы он полностью прочувствовал радость финиша, мы закинули его за два км до конца этапа, где он дожидался нас. А в это время мы решили отблагодарить бога Рубикона за ночные голубцы, купили сосиски и пожарили их на мангале для всех рубиконцев.
И вот мы бежим, а впереди нас ждут горячие сосисоны с кетчупом и кола. Мммм! Бежим опять вниз, и Мишган уже не так задорно настроен. Через километр у него заболел бок, и на лице появилось страдание. Мы немного сбавили темп и отстали, но не останавливались. Было видно, что бежать ему тяжело. Он не знал, как помог мне — ведь когда сын был рядом, я забывал про свое состояние — все внимание на нем. Поэтому мой этап был на 2 км короче. Спасибо, Мишань!
Добегаем, обнимаемся, лопаем сосиски. Мишка хромает. Все-таки взрослый темп ребенку держать тяжело. Ноги у него болят уже не на шутку, а впереди еще один этап. Последний. И пропускать его никак нельзя…
Но последний этап Rubicon — это …
Этап солидарности
Солидарности со всеми участниками, с теми, кто устал и нет сил, но хочет финишировать. Поэтому этот финишный отрезок мы бежим в темпе, комфортном для всех: по 7 мин на км, по 8, а если надо — идем пешком. Главное, чтобы никто не отстал, не сдался и не сошел. Мы финишируем все вместе и никого не бросаем. И в этом прелесть финиша 🙂
Разворачиваем флаги Rubicon, в первый ряд встают лидеры гонки, и мы неспешно (а в горку вообще пешком), медленно, но уверенно движемся к финишу. У всех появляются силы — гормоны делают свое дело — слышен смех, шутки, а песни из буса все распевают хором.
We will, we will rock you!
гремит на всю улицу и десятки оживших после трехдневного бега бегунов могучим хором заглушают киловаттные колонки. Мурашки бегут по телу, спрыгивают на дорогу и бегут рядом, подпевая тоненькими голосами. Мишка бежит рядом, не отставая, хотя видно, что ему тяжело.
И вот финишная прямая прямо на самом краю страны — нас встречают рыцари в доспехах — те самые, которые в Сороках провожали нас в путешествие по стране 3 года назад. Эмоции захлестывают нас, мы кричим, все забыли про боль, усталость, травмы и переутомление. Никогда не скажешь, что эти люди за пару дней пробежали по 100–200 км — блестящие глаза, улыбки, энергии столько, что бег превращается в танец.
Мы вбегаем в коридор из сорока флагов районов Молдовы. И с каждым из них связана какая-то история. Где-то ты почти умирал, где-то толкал автобус, а где-то — принимал каравай от главы города. За эти 10 дней бега по стране ты видел тысячи людей, и все они были тебе рады: нас встречали дети и чиновники, завсегдатаи баров и спортсмены, студенты и полицейские, бабушки с плациндами и дедушки с вином. Мы видели рассветы и закаты, бежали днем, ночью, в снег, в дождь, туман, ветер, холод и даже в жару. Вверх и вниз, вверх и вниз по холмам нашей страны. Страны, которую мы, несмотря ни на что, любим. Страны, которую мы называем Родиной.
Арка… Мы вбегаем под нее под овации болельщиков. Обнимаем друг друга. Некоторые плачут. Появляется шампанское и слышны выстрелы пробок под одобрительные возгласы. Эгегей, мы сделали это!
Мишку тоже, смотрю, накрыло — крутит головой во все стороны, улыбка до ушей, глаза блестят. Прошу тихонько принести мне колы. Вручаю ему бутылищу газировки — он пытается прыгать от счастья, но ноги против, и он, скривившись, опрокидывает бутыль с запрещенной в быту жидкостью прямо в рот.
А мы идем подкрепиться: на финише нас ждет горячий плов, соленья, сгущенка, глинтвейн и redbull. Мишка ковыляет рядом — ноги отваливаются, но настроение боевое. В руке он сжимает четыре значка, так не просто давшихся ему:
— Пап, пап, я хочу все значки Молдовы собрать. Когда мы в следующий раз побежим? — В следующем году, сынок.
Истории
В целом, Рубинон — это большая история, сотканная из маленьких. Каждый из участников обязательно вам расскажет минимум по одной, я расскажу 7 историй, которые мы все вместе собрали 🙂 (потому что когда ты спишь, на Рубиконе жизнь продолжается)
История 1. Про салют.
Несколько этапов Рубикона выпало на Леово, так вот при въезде в город девчонкам в бус пришло сообщение, что в честь Рубикона, и особенно Павла Митиогло, в городе их будет ждать салют. Только прочитали сообщение, как прямо перед бусом болельщики запустили салют. Было очень неожиданно и приятно. А метров через 100 нас ждало человек 50 болельщиков, которые скандировали имя Паши. И это несмотря на ночь 🙂
История 2. Про протекторы.
Когда наш автобус застрял, а машины спортсменов и оргов не смогли как репку вытянуть его, пришлось звать на помощь Трактор! На поиски трактора в 3 часа ночи выдвинулся знаменитый дуэт сыщиков: Шерлок Мечин и Доктор Вася. При помощи интуиции и лупы нашли все-таки следы протекторов трактора. В принципе, в 3 часа ночи в глухомани это был единственный способ найти трактор.
История 3. Про единорогов.
Где-то в Унгенах мы проезжали мимо отчаянно голосующего автолюбителя. Рядом с ним стоял увязший в грязи обочины, грустный голубой “конь”. Не дожидаясь объяснений, мы закрутили рукава и за хвост и гриву вытащили фыркающую лошадиную силу на асфальт.
История 4. Про собачку.
Второй год подряд на Рубиконе есть четырехлапые участники. В прошлом году Рубик (так мы его тогда назвали) пробежал с нами где-то 50 км, несколько этапов. Уже все спортсмены устали, а Рубик все бежал и бежал 🙂 В этом году с нами бежал брат Рубика — Кубик 🙂 Кубик продержался где-то 30 км — дела заставили вернуться.
История 5. Про полицию.
Полиция молодцы! Красавцы! Сотрудники полиции пробежали весь Рубикон! Передавая свой флаг как знамя, они пробежали все 43 этапа! Кроме этого полиция еще и умудрялась защищать нас все это время 🙂 Об этом следующая история.
История 6. Про подростков.
В 2 часа ночи где-то на трассе нас встретил не только туман, но и не очень трезвые, но очень молодые люди. Шли они, видимо, с одной дегустации на курсы сомелье или обратно, но они очень обрадовались, встретив нас. Они подхватили общее настроение и встали в строй к бегунам. Но, видимо, отсутствие тренировок сделало свое дело — ребята быстро выдохлись и решили отдохнуть в открытом бусе. Надо сказать, что двери буса Sporter открыты, потому что там стоят колонки для спортсменов и работает фотограф. Молодые люди были крайне возмущены, что им не разрешили ехать в бусе и бить фотографа. Но полиция через несколько минут объяснила им, что идти пешком — полезнее для здоровья.
История 7. Про встречателей.
В Рышканах и Глодянах спортсменов встречали калачом. В Кагуле были бутерброды со свежими огурцами и колбасой. Передали мешок яблок для спортсменов. Спортсменам передали мед, варенье, колу и шоколадки в автобус, чтобы подкрепились. Это все без просьб, люди просто хотели поддержать и помочь рубиконовцам 🙂
Итоги
За три года мы пробежали через все районы Республики Молдова. В самых суровых условиях, которые нам смог подарить наш климат. Мы терпели снег, мороз, слякоть, туман и отвратительные дороги. На это у нас ушло 159 часов и 9 минут. За это время мы смогли пробежать более 1500 км. Это как если бы «рубиконцы» пробежали по прямой от Кишинева до Праги. 600 человек совершили настоящий подвиг. Они смогли перейти свой личный Рубикон.
Ну а мне трехлетний Полный (все этапы) Рубикон дался нелегко — 465 километров, 40 этапов, 50 часов, 33 000 ккал, 4 кг жира и ведро пота.
И оно того стоило — десятки друзей и тысячи болельщиков, пара стоптанных кроссовок и километры убитых мышц, боль и наслаждение, преодоление слабости и ощущение победы. Короче, полный гормональный коктейль! И это не считая того, что теперь я могу сказать, что был в каждом районе Молдовы.
На вечеринке, посвященной окончанию трехлетнего цикла выяснилось, что только трое человек смогли пробежать все этапы, но надеюсь в следующем году нас станет в десять раз больше!
Теперь можно и отдохнуть, повесив на стену доску со всеми гербами Молдовы, и рассказывать внукам о приключениях на Рубиконе.
Rubicon — это не про одного человека.
Rubicon — это про одну большую семью. И тут не важно, кто ты: спортсмен, организатор или тот, кто поддерживал: по всему маршруту выходили простые жители, чтобы приободрить рубиконцев. Даже промозглой ночью!
Rubicon — это не про физическую подготовку, это про проверку себя: того, что у тебя внутри, насколько ты готов поддержать другого, насколько сам способен держаться. Rubicon — это про эмоции.
Rubicon — это маленькая такая большая жизнь.
А в следующем году мы планируем провести Rubicon не только в Молдове, но об этом позже…
